| [ |
mood |
| |
 allergic |
] |
| [ |
music |
| |
Легендарные Пластилиновые Ноги (live) |
] |
to const_, my sweet peacemaker
Арсений К. был человек самого невзрачного внешнего вида. Когда он сидел у пахнущего тиной озера в парке, его фигура сливалась с серой водой, и прохожим казалось, что его скамейка незанята. Но они проходили мимо, просто потому, что это место нравилось и подходило только ему одному. Здесь зеленоватая тень и острый влажный запах приводили его ум в то странное состояние, ради которого он жил. Мир кренился и вот уже виделся ему под определённым углом, сквозь полуободранную плёнку на очках человека-невидимки мир тоже шёл пятнами и полосами, и влажной зелёной рябью шёл он весь, как любимое арсеньево озеро. Когда первое действие озёрной влаги на сознание оканчивалось, как проходит первое действие алкоголя, маленький человечек поднимался и шёл домой – в такие моменты он всегда казался таким маленьким с высоты бездонного предгрозового неба. Ему не нужна была собака, или удочка, или хотя бы книга, эти фальшивые спутницы одиночества, чтобы внешне оправдать своё погружение в застывшую атмосферу парка. Когда наступали выходные, он считал себя свободным от всех внешних оправданий.
Да, от звонка до звонка он был самым банальным клерком, заключённым в хромированную рамку хайтека, и он умел сделать так, чтобы на его лице видели несуществующую улыбку, которая сродни ручке Паркер, извлекаемой фокусником-менеджером снова и снова из одного и того же кармана. Но по ночам он был барменом.
По ночам – далеко не каждую ночь – он шёл в хорошо знакомый ему бар, где к этому времени уже было закрыто, но его узнавали по стуку и молча впускали за барную стойку. Первым барменом для Арсения К. была его мать, и он со странной чёткостью вспоминал теперь её выученные движения, которыми она сопровождала все свои кухонные манипуляции и наконец встряхивала бутылочку с готовой смесью, глядя на сына с видом человека, предлагающего отличный продукт for free. С тех пор он повидал много барменов и наконец пришёл к тому, что никто не смешает напитки лучше его самого. Ему скорее нравился процесс. Как художник, он раздумывал над блю кюрасао и гренадином, выбирая цветовое решение в тон своему душевному состоянию.
Арсений К. был некогда и женат, но жить с женой оказалось делом непосильным. Она всегда просыпалась и начинала говорить раньше, чем он успевал запомнить свой безграничный, яркий, сверкающий как драгоценность сон, перебрать заново все перипетии богатого сюжета, стараясь ничего не упустить, перед тем как окончательно открыть глаза.
С тех пор он жил один, и телефон был посторонним предметом в его тихой квартире, так же как дверной звонок и лишние табуреты. Похожий на однорогую личинку, телефон мог лежать рядом с замшелым от времени бритвенным станком, или наручными часами, которые хозяин не любил, или салфеткой для очков, но у всех этих предметов было своё предназначение, а у телефона – нет. Торопливый, лысоватый Арсений исправно подзаряжал его и ездил вносить абонплату, теребя в руках паспорт, как будто ухаживал за больным, бесполезным уже псом. Всё равномерно покрывалось пылью и очищалось мягкой тряпочкой, а телефон молчал. Зарастала грязью и сверкала глянцем уличная обувь, серели и отстирывались домашние тапочки, вывешивалась за балкон сохнуть и отправлялась в шкаф одежда, а телефон не издавал ни звука.
Но тем утром он деликатно протирлирликал, доставив своему владельцу первый за их совместную историю SMS. А через какое-то время снова. Всего за день двенадцать раз он дал коротенький, немного сиплый сигнал, тренируя осипшее от немоты виброгорло.
Ночью он уже почти не умолкал.
В ту первую минуту Арсений К., ясное дело, вздрогнул и осторожно подошёл к ожившей личинке, которая сама от неожиданности скатилась с полки прямо в начищенный ботинок. Он даже уже не помнил, какие кнопки нужно нажимать, но в конце концов нащупал и прочёл чужую, ничего ему не сказавшую печатную строку.
«Вчера тащила пакеты из супермаркета мимо вашего дома. Так хотелось зайти, отдохнуть, попить чайку, показать вам фотографию внука. Очень жаль, что вас уже не бывает дома. Целуем».
Остальные сообщения тоже казались ошибкой.
«Снилось, что ты уже большой. Поймал себя на том, что выбираю для тебя спортивный велосипед. Может, купить и поставить в твоей комнате? Все твои кассеты на месте. Папа».
«У меня теперь есть парень. Всё как ты мне рассказывала. Ничего особенного. Можно, я теперь буду обо всём тебе писать? Я так и не вернула тебе ту книжку».
«Я только что с самолёта. Я стал много путешествовать. Мысленно всегда беру тебя с собой. Я узнаю у оператора, можно ли слать тебе фотографии с телефона. Я бы хотел, чтобы ты увидела своими глазами каждый город, в котором я побывал».
Арсений К. подумал, а что если ответить кому-то из них? Но что-то его остановило. Он просто заваривал себе чай, чашку за чашкой, читал бегущую строку, и его мысли приобретали такие же причудливые формы, как там, у озера.
Но на второй день он почувствовал тревогу. Нужно было выяснить, что за сбой произошёл на линии. Может, от него требовались какие-то действия? Все эти люди обращались не к нему, но он мог бы помочь им. Возможно.
В службе техподдержки его долго не понимали. Но в конце концов оператор громко хлопнул себя по лбу, и повисла тишина.
- Извините, это ошибка более глобального масштаба, я соединю вас с центральным офисом, - наконец сказал оператор и переключил Арсения куда-то в высшие сферы.
В высших сферах ему объяснили, что со вчерашнего дня в рекламных целях введена новая услуга – напиши SMS тому, кого уже нет. Для этой услуги выделили специальный номер телефона, но по ошибке во всех объявлениях опубликовали номер Арсения.
- Понимаете, акция прошла по всей стране, ваш телефон уже во всех проспектах, на рекламных щитах и в меню наших услуг, - металлически брякала трубка. - Мы уже ничего не будем менять. Вы должны извинить нас за неудобства. Мы можем снять с вас абонплату и даже перечислять небольшую сумму на ваш счёт ежемесячно.
- Конечно, конечно, - бормотал Арсений К. растерянно, - можете, могу, конечно, можно...
Поговорив, он нажал на отбой и допил чай, глядя на снова посеревшие тапочки. Потом какая-то мысль пришла ему в голову, и он посерел вслед за ними. Он снова набрал оператора и попросил соединить с центральным офисом. Далее он постарался быть твёрдым и бормотал вот что:
- Я, конечно, не нуждался раньше в том, чтобы... мне одному очень хорошо... но вы должны... на моё место... если вдруг я захочу тоже... тем кого нет, они же единственные кому я могу... у меня больше ни... некому... а я не смогу... напишу сам себе... вы должны исправить... Я единственный человек, который не может воспользоваться вашей специальной услугой! - Наконец, выдал он первую чёткую фразу в полном отчаянии и посмотрел на экран, как будто надеялся увидеть там понимающее лицо собеседника.
- Мы уже объяснили вам, - помолчав, ответил голос. - Мы можем возместить в денежном эквиваленте и прочими услугами нашей компании. Спасибо за сотрудничество. Вы можете подъехать в ближайший к вам офис и выбрать любой пакет услуг суммой до...
- Хорошо, - сказал Арсений К. и отсоединился.
Он зажил дальше своей обычной жизнью. И своей необычной жизнью. Но он не мог удержаться от того, чтобы иногда читать чужие SMS, что было особенно бестактно в этом случае, и им понемногу овладевала навязчивая идея. Он не мог написать ТУДА. Сообщение пришло бы ему же. Но если бы он сам оказался ТАМ, ему бы обязательно кто-нибудь написал отсюда. Или нет? Или он настолько одинок и невидим для остальных людей, что ни одна живая душа не захотела бы написать пару слов ему, неживому? С каждым днём и особенно – ночью ему всё сильнее хотелось это проверить.
Однажды он пришёл домой с трясущимися от авантюрного мандража руками, он только что был в закрытом баре и приготовил там коктейль особенной красоты, который пронёс в бокале через три улицы, он добился того, чтобы разноцветные слои не перемешивались, и ему осталось добавить только последний ингредиент. Он считал счастливой случайностью, что этот ингредиент был у него и спокойно ждал своего часа в дубовой аптечке. Жидкость испортила красоту коктейля и растеклась дурацкой коричневой лужей по верху. Арсений К. радостно засмеялся этой луже и выпил всё праздничное содержимое, нервно подумав, что такое произведение и внутри желудка должно выглядеть нарядно.
Действие сказалось не сразу. Он понял, что ему осталось несколько секунд, когда пришла новая SMS.
Это был сигнал к отправлению и символ любви, которая с ним прощалась.
Улыбаясь до ушей, которые уже переставали слышать, он схватил телефон и прочёл:
«Ваш номер телефона удалён из описания специальной услуги. Извините за временные неудобства. Служба техподдержки компании ***»
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
yunga_4anga's journal
loved
Мы 13-е в "Масках"
giggly
***
отсутствующее
